Среди тоскливых рож, измызганности быта и селёдки,
Есть пару дел, небрежных по себе,
Есть деликатность неостывшей звонкой водки
И тошнота в желудочном говне.
Есть также грим весёлости продрогшей на перроне
Ущелье ласк и армия добра пока хрипит
И всё это в свободной от режима мёртвой зоне,
Как вялый хуй, скукожившись бессмысленно стоит…
теряет смысл таинство теперешней кончины
сооружая новенькие домики тюрмы
в семье богов останутся великие мужчины,
а женщины попрыгают на виллы сатаны... |
