| на фронтАх, да в еловых землянках.
манные скатерти и горькая поспешная рябина. а, Ромыч все кипел, и рвал свои струны: - милые наши катикатюши, рожайте нам больше! больше! больше! Стремились быть. Брали зА руки олимпийских богинь, шептали им свои имена, осторожно отделяя нежные их пузики-шишечки, и склеивали мякоть в золотые томные самокрутки. А потом, бывало, и вспять. На самые высокие облака. Шасть! Да здравствует, Джа! …и, в дамки! дамки! дамки! Тысячи удвоенных, миллионы утроенных звезд, и радостный лай горящих пирамид. Квач! А, что теперь? Миллер… Вижу постылые и серые лица. Искаженные твои графики, и твои китовые норвежские бездны. Больно! И все, теперь, наугад. Безтелесо теперь. Пусто. Ставим тебя наоборот, и заливаем черным мрамором. Вот мы и встретились… |
Оригинал текста - http://teplovoz.com/creo/10844.html |