умрут внутри боги. Горевать ли нам теперь?
оживут вместо них манекены. И начнут двигать все стороны. Нахуй тогда компасы! Гипсовая готика и белая тишина. Начнут рифмовать слова. Падать, вставать. Падать и вставать. Загибать пальцы, изгибать спины. И, застывать. Ломать кости и голодать стекловатой. Разрывать свет и вкручивать в небо диоды. Дети из целлофана, а кровь от поворота ключа. Перестанем быть геополитикой, эй! раздавай кордоны! В проводах будут мельницы, загружай во все топки! псалтыри, рокобилии, священные майбахи и гороховый суп. Взойдут хрустящими корками...
Атомная Сибирь. Буги-вуги на деревянном помосте. Слева, высокая высокая превысокая. К самому трону она тянется. Прощай, героический мишка! Последнее твое желание и закроется цирковая яма. Радуга? Ты говоришь, а как же наша радуга?! Брось, милый! Теперь, время фронта настало для всего тыла. Поперек горла свадебные ножи. Невеста или жених? Лаборатория отутюженных, и сваренных в крутой соленый желток...
роспись без чернил, и колядки на грядущий сон.
|
